Прогулка по Пасси (продолжение)


Большая (если не бОльшая) часть экскурсии была посвящена архитектуре.
В Пасси есть на что посмотреть.



Хотя каких-то пару веков назад улочки здесь были хилые и невзрачные. Наполеону даже пришлось издать указ о запрете проезда по ним карет, запряженных более, чем одной лошадью. Ведь все эти постройки приходились непосредственно над меловыми карьерами, и даже одна повозка заставляла дома угрожающе дрожать.

Но вскоре инженерная мысль победила, и Пасси, к тому времени уже достаточно фешенебельный, начал стремительно застраиваться модными и красивыми домами. Конечно, придирчивые зрители найдут эти дома бесвкусными и аляповатыми: от восторга архитектор намешал здесь всего подряд, и греческие колонны, и египетские орнаменты, и итальянские балкончики.



Но наше поколение этим не испугать, мы уже видели дачи новых русских, поэтому здешние изыски кажутся нам вполне скромными.

Хотя количество частных особняков в Пасси поражает. Возникает ощущение, что всепарижская экономия места этот район не затронула, здесь (по словам экскурсовода, т.к. мы это не видели) во многих домах есть шикарные французские сады, с фонтанами и террасами.



До начала прошлого века все многоэтажные дома подчинялись стандартным для парижской архитектуры законам: первый этаж - магазин, второй этаж - тоже относится к магазину, либо склады, либо второе помещение. А вот с третьего этажа начинаются настоящие квартиры, и в отсутствии лифта именно он, третий этаж был самым лучшим, самым дорогим. Он так и назывался étage noble, и он легко выделяется по более высоким потолкам, более роскошной лепке, и, главное, длиннющим балконам - квартиры этого этажа были просто огромными. Все остальные квариры уже имеют только маленькие индивидуальные балкончики.



Но в 30-х годах прошлого века был предложен новый взгляд на роскошь. Вот это здание:



Первые два этажа в нем - паркинги, и это было настоящей революцией. В те годы мало кто имел машины, и это было первый раз, когда наличие машины у жильца предполагалось даже на этапе проектирования (что говорит, на какую публику были расчитаны квартиры). Два этажа над паркингом - жилье прислуги. Прошли времена, когда она жила в мансардах, теперь ее переселили вниз. Потому что главным, что предлагал этот дом, был шикарный вид на Сену, которым можно было наслаждаться из любой квартиры (каждая из них выходит на обе стороны, на улицу и на реку). Сейчас этот вид немного поблек, загороженный новостройками, но все равно остается неплох.



А главное достояние этих квартир - сад, разбитый на крыше "технического" этажа. И впервые самыми лучшими стал не третий этаж, а последний, который мог иметь свой собственный частный садик под облаками. Так родилась концепция пентхаузов, которая щедро эксплуатируется по сей день. Кроме того, в этом доме был лифт (редкость) и как последний штрих, подчеркивающий роскошь, в каждой квартире был холодильник фирмы Frigidaire.
Совсем недалеко от этого до сих пор очень шикарного стендинга, из паркинга которого выруливают длинные спортивные машины, находится узкая улочка, ведущая к невзрачному домику.



Это дом Бальзака, где сейчас находится его музей. Бальзак, будучи не сильно осторожным с деньгами, постоянно испытывал гонения от своих кредиторов. Это и побудило его сбежать на окраину (в то время да, окраина) Парижа. Здесь он снимал этот дом под чужим именем (он взял фамилию своей служанки для конспиративности). Основным достоинством этого дома было наличие двух входов, и Бальзак всегда мог удрать от настойчивых кредиторов. Самое забавное, что точно такую же историю я слышала про дом Бальзака в Сан-Клу (или Медоне?). Похоже, дела его были настолько плохи, что даже эти конспиративные дома приходилось периодически менять.



По улочке, ведущей от дома Бальзака, расположено старейшее железобетонное здание. Забавно, что открыл железобетон торговец растениями: он долго пытался сделать горшки для рассады из бетона, но они постоянно разрушались. Пока он не додумался наконец добавить в бетон железную арматуру. Но от этого события до использования железобетона в строительстве прошло полвека. И в то время это было революцией, далеко не всегда тепло встречаемой. Что и говорить, дома из железобетона смотрятся уродски необычно. Даже карреатиды выглядят угрожающе: непонятно, то ли они держат здание, то ли ждут доверчивого прохожего, чтобы сбросить свой груз ему на голову.



Впрочем, есть один дом, доказывавший всей публике, что железобетон - это красиво. Это rue Franklin 25 bis, вошедший во все учебники архитектуры.



Здесь Огюст Перре (August Perret) с братом откупили землю и построили дом для себя, из железобетона, который они пытались ввести в моду. На первом этаже было бюро, а выше - кваритиры, достаточно необычные для домов того времени: в угоду свету, проникающему во все помещения, форма квартиры стала дугообразной. Этот дом до сих пор пользуется всемирной славой. Керамика, украсившая бетон (изобретение братьев) когда-то была ярких цветов: желтых, голубых, зеленых. Сейчас краски поблекли, но мне настолько нравится выдержанный тон современного украшения, что я даже думаю, был ли этот дом красивее раньше?



Кстати, об улице Франклина. Названа она в честь Бенжамина Франклина, пользующегося исключительной популярностью у французов. Это даже немного странно, учитывая, что он был в прекрасных отношениях с королем, периодически гостя в Версале, и умудрился быть чуть ли не эмблематичной фигурой для революционеров, которые его тоже просто обожали.



Жил он как раз здесь, в Пасси. Недалеко от Трокадеро находится памятник ему, где поясняется, что Франклин Рузвельт - это известный американский физик (!), работавший в Париже. Видимо факт, что этот физик был еще и американским президентом послом, не так важен в глазах парижан.

Еще одно строение, на этот раз культовое. Это церковь Пасси.



Была основана в свое время тщеславным герцогом (?) de Chaillot, которому хотелось где-то короноваться (или что они там делают, герцоги?), и он построил ее исключительно под это событие. Но со временем под давлением общественности стала обычной церковью, настолько популярной, что пришлось пристроить к ней еще одну, чтобы можно было проводить два обряда одновременно. Но даже две церкви справляются с трудом, и все дни расписаны намного вперед, здесь всегда кто-то женится, получает первое причастие или крещение.